С граждан взыскивают средства, снятые со счетов перед крахом банков

Агентство по страхованию вкладов (АСВ) начало массово оспаривать снятие денег вкладчиками обанкротившихся банков и взыскивать с них средства. Добросовестность граждан роли не играет — для суда бывает достаточно факта наличия в банке картотеки неисполненных платежей на момент снятия вклада. По словам экспертов, она бывает в большинстве банков перед отзывом лицензии. Средства, взысканные через суд с граждан, АСВ затем частично возвращает им же в виде страховки по вкладам (до 1,4 млн руб.). Такая практика вызывает социальную напряженность и ведет к неоправданному росту судебных издержек АСВ, считают эксперты.

О массовых исках к вкладчикам, забравшим деньги из банков незадолго до отзыва лицензий, рассказали “Ъ” клиенты нескольких банков-банкротов. Так, в рамках банкротства Военно-промышленного банка (ВПБ) АСВ подано более 150 исков об оспаривании предбанкротных сделок банка, из них около 50 требований заявлено к вкладчикам-физлицам. Иски поданы АСВ спустя год и более после снятия гражданами средств. Сын одного из вкладчиков ВПБ Виктора Школяренко, с которого сейчас требуют возврата денег, Дмитрий рассказал “Ъ”, что агентство оспаривает все операции, которые были совершены примерно за месяц до прихода в банк АСВ.

Из судебных актов, опубликованных в картотеке арбитражных дел, по ВПБ можно увидеть, что на решения суда не влияли мотивы снятия средств, а АСВ не требовались доказательства недобросовестности граждан. Так, вкладчик Ягиев, возражая против иска АСВ, настаивал в суде, что оспариваемая сделка по снятию средств совершалась в процессе обычной хозяйственной деятельности банка, не превышала 1% стоимости его активов и не отличалась от ранее совершенных сделок.

Он указывал, что не был осведомлен о неплатежеспособности банка, снимал средства для погашения ипотеки на единственное жилье. Но суд удовлетворил иск АСВ, сославшись на наличие у банка картотеки. Аналогичные мотивы содержатся и в других решениях суда по вкладчикам в пользу АСВ. Ситуация касается не только ВПБ. Так, вкладчики Татфондбанка (ТФБ) тоже сейчас оспаривают претензии АСВ. По данным Союза пострадавших вкладчиков ТФБ, такие иски поданы к 400 физлицам.

В АСВ отмечают, что общее количество судебных споров в рамках банкротства банков увеличилось, что обусловлено ростом числа ликвидируемых кредитных организаций и тем, что под управление агентства в последнее время поступили достаточно крупные банки. «Необходимо обратить внимание, что закон не предусматривает признания недействительными абсолютно всех совершенных в пределах месяца до даты отзыва у кредитной организации лицензии сделок, направленных на удовлетворение требований их кредиторов,— отмечают в АСВ.— Основания недействительности имеются только у сделок, выходящих за пределы обычной хозяйственной деятельности. Как наиболее частый признак выхода сделки за такие пределы выступает ее совершение в условиях явной фактической неплатежеспособности банка, при которой банк не исполнял требования других кредиторов (наличие картотеки.— “Ъ”)».

Однако вкладчик может не знать о наличии картотеки. По словам собеседника “Ъ”, близкого к АСВ, ранее агентство крайне редко подавало подобные иски даже в случае наличия картотеки, только при очень крупных суммах или снятии вкладов через безналичный перевод. «Дело в том, что при наличии денег в кассе картотека не мешает банку выдавать вклады из наличных средств, таких ограничений в законодательстве нет,— продолжает он.— Так что в принципе, даже если есть картотека, вкладчик может получить средства, не зная о ней». При этом он отмечает, что средства в кассе имеют обыкновение быстро заканчиваться, поэтому нельзя исключить случаев сговора сотрудников банка и клиентов. По словам партнера московской коллегии адвокатов «Ионцев, Ляховский и партнеры» Игоря Дубова, перед отзывом лицензии картотека бывает у большинства банков. «Максимальная ее длительность 14 дней, после ЦБ обязан отозвать лицензию,— указывает он.— На практике обычно сроки меньше, но не исключены ситуации, когда картотека может возникать несколько раз с перерывами».

Как пояснили в АСВ, после признания сделки недействительной гражданин должен вернуть банку денежные средства, при этом обязательства банка перед кредитором восстанавливаются, то есть он на возвращенную сумму становится вновь кредитором по договору банковского вклада. На сумму до 1,4 млн руб. вкладчик может получить страховое возмещение, при превышении необходимо встать в реестр кредиторов, при этом возврат остатка не гарантирован. При этом сначала средства АСВ нужно вернуть. «Если же денег для возврата у вкладчика нет, пристав распродает его имущество для погашения взысканной суммы. В отсутствие имущества гражданин может быть обанкрочен»,— указывает Алексей Костоваров из АБ «Линия права».

В данном случае агентство применяет формальный подход, который чреват массовым неудовольствием вкладчиков и значительным ростом судебных издержек, уверены эксперты. «Суды не принимают во внимание, что вкладчик зачастую не знал и не мог знать о плохом финансовом состоянии банка, что, конечно, не может не вызывать возмущение»,— отмечает Алексей Костоваров. «Люди всю жизнь копили деньги, потом забрали их из банка, а теперь государство требует их обратно, но это же наши деньги! — возмущается Дмитрий Школяренко.— Я ходил на заседания по другим вкладчикам. Некоторые иски суд рассматривал за 10–15 минут, унизительно быстро решая судьбу людей. Все решения вынесены в пользу АСВ как под копирку». По словам Хосе Тобара из АБ «Андрей Городисский и партнеры», это ведет к дестабилизации гражданского оборота, неоправданному отрицанию всей обычной деятельности банка, нарушению баланса имущественных интересов сторон.

Подобные массовые споры играют и против кредиторов банков-банкротов. «Собственные юристы АСВ участвуют в спорах крайне редко, чаще всего это привлеченные специалисты, расходы на услуги которых оплачиваются из конкурсной массы»,— отмечает адвокат АБ «Ансис и партнеры» Дмитрий Кравченко. Собеседник “Ъ”, близкий к ФНС, указывает, что служба неоднократно поднимала вопрос о чрезмерности расходов АСВ на юристов, выступая за экономическую целесообразность.

Жестко выступают против подобной практики и банки. «Подобные действия подрывают доверие физлиц к банковской системе в целом, поскольку добросовестные граждане, опасаясь подобных споров, побоятся хранить средства во вкладах,— отмечает глава АРБ Гарегин Тосунян.— И потому ассоциация обратится в Верховный суд с просьбой выработать позицию по данному вопросу».

www.kommersant.ru/doc/3535344
  • +8
  • 01 февраля 2018, 08:58
  • Tristan

Комментарии (3)

RSS свернуть / развернуть
+
0
Вкладчиков не оставят в накладе

АСВ готово ограничить оспаривание предбанкротных сделок граждан


Агентство по страхованию вкладов (АСВ) предлагает законодательно ограничить оспаривание сделок физических лиц, в том числе по снятию денег, незадолго до банкротства банка. Сейчас АСВ выигрывает большинство таких споров, и с вкладчиков взимаются полученные ими средства, которые потом им возвращаются частично. В наибольшем проигрыше оказываются владельцы крупных вкладов. Эксперты предлагают ввести в закон презумпцию добросовестности для вкладчиков, которые могут быть не в курсе проблем банка.

Необходимость законодательных изменений, касающихся оспаривания сделок по предпочтительному удовлетворению требований физлиц к банкам, находящимся накануне банкротства, назрела в связи с конфликтной ситуацией, сложившейся вокруг исков АСВ к бывшим вкладчикам нескольких крупных банков-банкротов, в частности Военно-промышленного банка (ВПБ) и Татфондбанка, (см. “Ъ” от 1 февраля). Так, в рамках банкротства ВПБ АСВ подало более 150 исков об оспаривании предбанкротных сделок, из которых около 50 требований заявлено к физлицам. Союз пострадавших вкладчиков Татфондбанка сообщал, что аналогичные иски поданы к 400 вкладчикам. При этом иски подавались АСВ спустя год и более после снятия гражданами средств с депозитов.

По данным АСВ, всего сделки с предпочтением были выявлены в 160 из 195 кредитных организаций, признанных банкротами в 2015–2017 годах, в 128 банках такие сделки были совершены в интересах физлиц. При этом АСВ не считает абсолютно все подобные операции мошенническими, сообщила во вторник директор экспертно-аналитического департамента агентства Юлия Медведева. Тем не менее, по ее словам, при определенных обстоятельствах «они квалифицируются действующим законодательством как оспоримые». К ним относятся случаи снятия денег с вкладов за месяц до введения временной администрации в банк (подозрительный период) и при наличии картотеки неисполненных платежей.

Согласно действующим нормам закона, после признания сделки недействительной гражданин должен вернуть деньги банку. При этом он становится кредитором банка на возвращенную сумму. Особенно невыгодным становится положение «превышенцев», то есть вкладчиков, чьи депозиты превышают максимально возможную страховую сумму (1,4 млн руб.). В этом случае они вносятся в первую очередь реестра кредиторов, но полный возврат вклада им не гарантирован.

АСВ предлагает на обсуждение два варианта законодательного решения проблемы: либо запретить оспаривать такие ситуации совсем, либо ограничить сумму оспаривания операций физлиц. Однако и то и другое решение имеет подводные камни. Так, по словам госпожи Медведевой, в первом случае существует риск, что в предбанкротный период будут удовлетворяться исключительно требования VIP-клиентов. Во втором случае, отмечает один из вкладчиков банка-банкрота, возникает «имущественный ценз, разделение на богатых и бедных», и «непонятно, по какой планке его проводить». В свою очередь, замдиректора департамента допуска и прекращения деятельности финансовых организаций ЦБ Сергей Клочко указал на риски, которые могут возникнуть при установлении в законе закрытого перечня критериев, которые могут быть оспорены.

Вместе с тем эксперты предлагают и другие варианты решения вопроса, выступая против безусловного оспаривания сделок, совершенных в подозрительный период. Первый зампред совета Исследовательского центра частного права Андрей Егоров отмечает, что вкладчик может и не знать, что у банка была картотека. «Норму о месячном сроке надо убирать, чтобы АСВ доказывало недобросовестность клиента во всех случаях, если деньги сняты до отзыва у банка лицензии»,— подчеркивает господин Егоров. По мнению советника адвокатского бюро «Линия права» Алексея Костоварова, можно установить презумпцию добросовестности, если снятая вкладчиком сумма является незначительной для банка. «Порог незначительности лучше отдать на усмотрение судам либо определить его в размере доли от балансовой стоимости активов банка»,— уточняет господин Костоваров. При таком подходе доказывать свою добросовестность вкладчик должен будет только при снятии значительной суммы.

Президент АНО «Центр защиты вкладчиков и инвесторов» Артем Генкин полагает, что АСВ необходимо индивидуально рассмотреть все похожие кейсы, выявить на основе этого анализа повторяющиеся у недобросовестных вкладчиков признаки поведения, обобщить их на уровне подзаконных актов, писем или инструкций ЦБ и давать ход судебной процедуре только в случае наличия этих признаков. «По нашим наблюдениям, недобросовестных вкладчиков может быть не более 10–15% от общего числа. Все остальные страдать не должны»,— резюмировал он.

www.kommersant.ru/doc/3548160
avatar

Tristan

  • 14 февраля 2018, 08:35
+
0
Шакалы.
а вот такие формулировки пугают-'доказывать свою добросовестность вкладчик должен'
avatar

lsd

  • 14 февраля 2018, 09:04
+
0
«В лесу жрать нечего!»©
avatar

Sham

  • 14 февраля 2018, 09:47

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.